Профессия — прокурор: взгляд изнутри

Профессия — прокурор: взгляд изнутри

По словам бывших работников надзорного ведомства, в некоторых регионах попасть даже в районную прокуратуру человеку со стороны довольно сложно — нужны либо связи, любо деньги.

Артем Волков, стаж работы 6 лет:
«Мне повезло, я устроился в середине нулевых годов, когда еще можно было самому прийти в отдел кадров прокуратуры, и доказав свою квалификацию, начать работать. Я не берусь говорить о ситуации по всей стране, но у нас, в Волгоградской области, сейчас такое вряд ли возможно».

Елена Молоткова, стаж работы 11 лет:
«Меня взяли на работу в городскую прокуратуру по рекомендации заместителя прокурора города, который выбирал молодых сотрудников после практики.

Интересно, что я за несколько недель до его рекомендации я сама отправляла свои документы в отдел кадров. Но, когда я пришла устраиваться на работу с рекомендацией начальства, моего дела у кадровиков не оказалось.

То есть, папка с моими документами просто была выброшена в корзину или пропала…»

Михаил Туманов, стаж работы 3 года:
«Для устройства в органы прокуратуры рядовым сотрудником нужно либо быть из прокурорской семьи, либо иметь хорошие связи, либо, как я слышал, иметь в загашнике от 800 тысяч рублей. Сам я поступил на службу в прокуратуру без блата и денег, имея красный диплом университета. Но, несмотря на свое желание помогать людям, продержался недолго…».

Уйти или остаться

По словам бывших сотрудников прокуратуры, до пенсии остаются служить немногие. Большинство либо уходит по собственному желанию, либо увольняется в связи с «обновлением» кадров.

Как считают люди, проработавшие в этой системе несколько лет, речь идет о ротации личного состава в рамках требований конкретного начальника.

А те, кто не подходит, либо увольняются, либо не принимаются на работу.

Регина А., стаж работы 8 лет:
«Сейчас от людей, проработавших более пяти лет, пытаются избавиться. Набирают выпускников вузов.

Причем, кроме так называемых своих, отбор идет и по интеллектуальному уровню — чем ниже, тем удобнее начальству. Поэтому рассчитывать, по крайней мере, в ближайшее время на долгую карьеру в некоторых регионах я бы не стала.

Можно чуть позже перевестись в другую область, республику или в Генпрокуратуру».

Артем Волков, стаж работы 6 лет:
«За те семь лет, которые я уже не работаю в прокуратуре нашей области, там не осталось ни одного порядочного человека.

За исключением одного-двух, которые приняли решение не проявлять инициативу, не вмешиваться, чтобы спокойно доработать до пенсии. Те, кто там работают, в лучшем случае — бездари или полностью безынициативные люди.

Зачем этот орган существует, я не знаю».

Елена Молоткова, стаж работы 11 лет:
«Им не нужны думающие люди, им нужна просто печатная машинка: для отчетов, актов реагирования, чтобы „палочки“ нарабатывали и завышали отчетность.

И в некоторых регионах так может происходить по всей вертикали — от главного прокурора до районного.

Если кого-то не устраивает такая ситуация, но есть желание работать в прокуратуре, то идеальный вариант — перевестись куда-нибудь на Север, потому что там хотя бы оплата выше и льгот больше».

Карьерный взлет

Сделать по-настоящему успешную карьеру в органах прокуратуры, как считают опрошенные, человеку «со стороны» очень сложно. Даже если быть «верным солдатом системы» и беспрекословно выполнять все поручения руководства.

Регина А., стаж работы 8 лет:
«Повышение возможно, если ты тихий, спокойный, без инициативы, не пытаешься добиться реальных результатов в работе и хорошо изображаешь ничего не представляющую собой кадровую единицу. А те, кто пашет и вкалывает, так и остаются на своем не очень высоком уровне».

Елена Молоткова, стаж работы 11 лет:
«Если у человека нет блата, то рано или поздно его попытаются убрать. Нужны родственники, покровители.

Чужаки — они не нужны, потому что у людей не из системы совсем другой взгляд на жизнь. Они могут быть, допустим, не согласны с тем, как начальство относится к простым гражданам.

Такие, как мы, могут не найти соприкосновения с влиятельными руководителями, и поэтому не нужны».

Михаил Туманов, стаж работы 3 года:
«Тех, кто всю жизнь молчит, по крайней мере, их не прессуют. Самый главный принцип долгосрочной карьеры и некоторого роста — никуда не соваться. И ни в коем случае не перечить руководству, даже если его требования незаконны. Один раз провинишься, и тебя сольют».

Работа с населением

Отношение к заявлениям граждан в ряде подразделений, как рассказывают бывшие прокуроры, безответственное. И причиной этому может являться как банальное нежелание работать, так и непрофессионализм.

Елена Молоткова, стаж работы 11 лет:
«Многое делается не то чтобы спустя рукава, а просто неправильно. Бывали случаи, когда давали ответы, не делая акты реагирования.

У нас такое творилось… могли вообще не отвечать на жалобы населения. Но на все это закрываются глаза, потому что все знают, кто папа у этого выдающегося сотрудника или сотрудницы.

А если ты не с системой, то ты оттуда убираешься».

Артем Волков, стаж работы 6 лет:
«Они отправляют в суд левые дела, не вникая в суть. Даже те, в которых нет никакого состава преступления. Но прокуроры подписывают заключение, отправляют дело в суд — статистику так правят.

Надзор над делами ведется формально, потому что прекращенные дела плохо влияют на их статистику, любыми путями запихивают их в суд.

В ряде случаев обвиняемых, которые на свободе, пытаются закрыть в камеры, чтобы потом с ними договариваться о минимальных сроках в обмен на признание своей вины в суде. Это все — реальные случаи».

Работа с бизнесом

По мнению опрошенных, официальная статистика не имеет ничего общего с действительностью. Прокуроры могут не реагировать на жалобы бизнесменов или просто выполнять заказы руководства.

Михаил Туманов, стаж работы 3 года:
«В моей адвокатской практике удалось взыскать с государства сумму, которую клиент потратил на мою работу и на другие издержки. По закону, эти деньги должны были быть взысканы с чиновника, по вине которого государство платит компенсацию.

В областной прокуратуре наше обращение с указанием конкретного должностного лица, которого суд признал не правым, было спущено в городскую. Из городской — в районную. А районная отписалась, что не усмотрела оснований требовать от чиновника делать выплаты в пользу бюджета.

И на этом все закончилось».

Регина А., стаж работы 8 лет:
«Сплошь и рядом нарушаются права предпринимателей. А на запросы обычных граждан реагируют отписками — идите с исками в суд. А за что они зарплату получают? Не знаю, как в областях, а у нас удовлетворять жалобу считалось самым последним делом. Редко кто работал по-настоящему».

Елена Молоткова, стаж работы 11 лет:
«Система реагирования непрозрачная. Сотрудники знают, что руководители замешаны в каких-то махинациях и крышевании. А руководители не стесняются давать указания… Мне прямо говорили: „Забудь про все, чему тебя учили. Все, что ты знаешь — никому не нужно“. И говорилось это, как правило, матом».

Месть провинившимся

Отношение к ослушавшимся сотрудникам у руководства хуже, чем к рядовому гражданину. Даже небольшое неповиновение может обернуться крахом карьеры — в лучшем случае, а в худшем — тюрьмой.

Регина А., стаж работы 8 лет:
«Кто работает в прокуратуре у того прав нет. Всем всегда об этом говорилось и говорится. Поэтому если надо привлечь сотрудника, то его привлекают, не спрашивая законно или нет. Внутри системы закона нет.

Я без оглядки работала, я не ожидала, что со мной так поступят. Людям помогала. Когда поступила на работу, то чувствовала себя самым счастливым человеком в мире. В итоге оказалось, что эта честность и равное отношение и к богатым, и к бедным не приветствуется.

Мне мой начальник это сказал перед тем, как меня выгнали».

Артем Волков, стаж работы 6 лет:
«Многие боятся увольняться. Одному моему знакомому прокурору сделали уголовное дело только потому, что он вопреки желанию руководства хотел перевестись в другую область.

Его же коллега из его же прокуратуры инициировал дело. Неофициальная причина — попытался перешагнуть через голову вышестоящего начальства.

Даже желая остаться в системе, но нарушая желание того, кто выше, ты становишься неугоден системе».

Условия работы

Бывшие сотрудники прокуратуры рассказывают, что даже с бумагой в ведомстве не все хорошо. Расходные материалы, траты на уборку помещений и транспортные расходы часто ложились на плечи работников.

Михаил Туманов, стаж работы 3 года:
«Периодически бывшие коллеги мне жалуются, что они сами бумагу покупают для принтеров. Знаю, что кабинеты в прокуратурах области ремонтируют за свой счет сами сотрудники. А что им еще делать, когда отваливаются обои? Попросить отремонтировать нельзя — коррупция, денег на это дело не выделяют, поэтому скидываются и ремонтируют».

Регина А., стаж работы 8 лет:
«Мы даже бытовую химию покупали уборщице. А из-за особенностей тендера, январь всегда был месяцем, когда уборщиц не было. И мы скидывались из своих денег на зарплату уборщице. А когда пожаловались, нам сказали: „Вы и так хорошую зарплату получаете“.

Все что было связано с внутренней документацией, делалось на использованных листах бумаги. Предназначенные для уничтожения документы мы разбирали, и повторно прогоняли через принтер. Но самое смешное, что рабочий компьютер я покупала за свои деньги! Мне выдали допотопный „комп с телевизором“, который только к обеду начинал что-то соображать.

Ну, я поехала и купила себе нормальный компьютер. В принципе, техникой мы не обеспечивались. И картриджи заправляли за свой счет».

Артем Волков, стаж работы 6 лет:
«На весь отдел прокуратуры были одни „Жигули“, которые периодически ломались. По этой причине мы выезжали в областной центр — за 300—400 километров — на своих машинах.

Бензин, конечно, нам никто не оплачивал, расходные материалы тоже. Прокурор нас просил, и мы складывались. А когда денег на бензин не хватало, просили людей из отдаленных населенных пунктов района самим приезжать для получения ответов.

Складывались даже на марки для писем».

Профессия прокурора – взгляд изнутри

Профессия — прокурор: взгляд изнутри

3 Декабря в России отмечается День юриста. Наше издание встретилось с межрайонным прокурором старшим советником юстиции Пешко Константином Анатольевичем и узнало об успехах в защите прав граждан и надзоре за исполнением законов на территории района.

– Какими качествами, по вашему мнению, должен обладать человек, чтобы стать хорошим юристом?

– Думаю, что выделив какую-то одну черту, невозможно охарактеризовать современного юриста. Юрист должен обладать совокупностью человеческих качеств как профессиональных, так и моральных.

Назову, на мой взгляд, основные. Инициатива, настойчивость, целеустремленность, коммуникативные и организаторские способности, ответственность, решительность, чувство справедливости – и это только некоторые качества.

— А какие требования предъявляются к прокурорским работникам? Что самое сложное в работе прокурора?

— Наша деятельность далека от телевизионной романтики. Люди должны быть готовы к высоким нагрузкам, постоянной ответственности. Зачастую работать приходиться без выходных. Следует понимать, что ты в первую очередь, трудишься на благо людей и государства.

– Константин Анатольевич, что сделано межрайонной прокуратурой за истекший год для обеспечения законности в районе?

— За прошедший год проделана объёмная работа по укреплению законности на территории г. Боровичи и Боровичского района. Выявлено более 900 нарушений в сфере соблюдения прав и свобод человека и гражданина, в т.ч. незаконных правовых актов, принятых органами местного самоуправления и должностными лицами – 211.

По результатам принятия мер прокурорского реагирования все они приведены в соответствие с требованиями действующего законодательства.

В суды было направлено 191 исков и заявлений в интересах неопределённого круга лиц, внесено 234 представления об устранении нарушений федерального законодательства в различные органы власти и руководителям организаций, по результатам их рассмотрения 140 должностных лиц привлечено к дисциплинарной ответственности за допущенные нарушения.

По результатам рассмотрения постановлений прокурора 60 лиц привлечены к административной ответственности. Кроме того, прокуратурой в рамках осуществления надзорной деятельности было выявлено 10 преступлений, материалы по которым направлены в органы предварительного расследования. Возбуждено 7 уголовных дел.

Читайте также:  Депозит арбитражного суда

– В каких сферах прокуратурой выявлено больше всего нарушений?

– Проверки проводились по всем приоритетным направлениям, регламентированным законом «О прокуратуре РФ», приказами и указаниями Генерального прокурора и прокурора области.

Так, выявлялись нарушения в сфере соблюдения прав и свобод человека и гражданина, большое количество нарушений обнаружено в сфере трудовых правоотношений. Особое внимание уделялось работе по защите прав и законных интересов несовершеннолетних.

Активно осуществлялся надзор за законностью правовых актов органов местного самоуправления, административной деятельности государственных органов, проводились проверки и в других сферах.

— На что жители района в настоящем году жаловались чаще всего?

— Большое количество жалоб от населения поступило на некачественные коммунальные услуги и по вопросам начисления платежей в сфере ЖКХ.

Есть в районе проблемы и в сфере труда. По результатам проверок выявлены случаи нарушения сроков выплаты заработной платы. С целью восстановления прав граждан в суды предъявлено 65 исков на сумму 800 тыс. рублей, в адрес работодателей внесено 10 представлений, 20 должностных и юридических лиц привлечены к административной ответственности.

Благодаря принятым мерам, удалось стабилизировать ситуацию с выплатой зарплаты на крупных предприятиях района.

– И заключительный вопрос. Зачастую граждане просто не знают, куда им обращаться со своими проблемами. Что Вы посоветуете?

– В прокуратуру за консультацией могут обратиться все желающие. На личный приём к сотрудникам прокуратуры с понедельника по пятницу с 9.00 до 18.00, в пятницу с 9.00 до 16.45, и ко мне лично – по вторникам с 13.45 до 16.00.

ТРК «Мста».

«На тебя давят, пока ты не станешь покладистым». Как работает прокуратура изнутри. История от первого лица

Год назад в Молдове появилась ассоциация прокуроров «За порядок и справедливость».

Инициатором ее создания был прокурор Юрий Лялин, который с помощью такой ассоциации хотел защитить прокуроров от влияния и давления, в том числе со стороны самой системы.

Лялин рассказал NM, почему ситуация в прокуратуре, несмотря на приход нового генпрокурора, не изменилась, а также, как система воспитывает в прокурорах послушность и безынициативность, и почему прокуроры не могут «воевать» с депутатами.

NM публикует монолог прокурора от первого лица.

«Что он вообще себе позволяет?»

Когда молодой прокурор только приходит на работу в прокуратуру, ему приходится весьма непросто. Он очень уязвим, так как многого еще не знает и может допускать ошибки. Он зависит от коллег и начальника.

Я стал прокурором в 2012 году. Я считал, что прокурор должен быть независимым и принимать решения самостоятельно. Но в ситуации, когда ты многого еще не знаешь, сложно придерживаться своих принципов, так как ты, по сути, еще нуждаешься в помощи.

Когда я только начинал работать прокурором, в Уголовно-процессуальный кодекс внесли изменения. До этого прокуроры все свои действия согласовывали с начальником, который подписывал их постановления, а внесенные в УПК изменения позволили прокурорам самим принимать решения.

Но на практике все осталось по-старому. Я стал принимать решения сам, сообщая шефу лишь о своих решениях. На собраниях, которые у нас проходили каждую неделю, на меня стали показывать пальцем и оказывать моральное давление: «Кто это такой, что он вообще себе позволяет?». Коллеги смотрели на меня с опаской.

Все это было очень неприятно.

Во многих прокуратурах есть начальник и лояльные ему прокуроры, которые таким образом зарабатывают себе бонусы. Если появляется человек, который отстаивает свои принципы, коллеги от него отдаляются, чтобы не создавать себе проблем.

«Мне казалось, я делаю что-то революционное»

Однажды мой шеф попросил принести ему все дела, которые я вел. У меня было 50-60 дел, я подумал, что на проверку. Но шеф передал эти дела другим прокурорам, хотя для этого не было законных оснований. А меня перевел на другую работу. Тогда прокуратура занималась, в том числе, «общим надзором».

Мы проводили проверки вне уголовного процесса, но, если находили какие-то нарушения, возбуждали уголовные дела. Может, мой шеф думал, что наказывает меня, но я сказал: «Хорошо, мне это нравится». За несколько лет работы в этом направлении я возбудил много уголовных дел в результате этих проверок.

Одно из таких дел возникло благодаря тому, что я часто мониторил прессу. На сайте одного столичного пригорода я увидел новость, что там снесли забор, который был частью памятника архитектуры. Он окружал церковь, которую признали архитектурным памятником. Я завел дело по факту разрушения памятника, но мне было больше интересно, на какие деньги построили новый забор.

Я выяснил, что забор построили на деньги мэрии, но без решения местного совета, тендер прошел с нарушениями, все решил мэр. Я завел по этому факту уголовное дело о превышении служебных полномочий. Мне казалось, что я делаю что-то революционное. Это был мэр одной из правящих партий.

В итоге первая судебная инстанция его оправдала, хотя такого не могло быть. Я собрал все доказательства, и там в принципе не должно было быть оправдательного приговора.

В худшем случае суд мог бы рассмотреть все выявленные нарушения не как единое преступление, а как отдельные административные правонарушения, но и в этом случае оправдательного приговора не должно было быть.

Апелляционная палата, рассматривая апелляцию, признала мэра виновным, но Высшая судебная палата (ВСП) его оправдала.

При этом за три месяца до заседания ВСП тогдашний мэр Кишинева Дорин Киртоакэ сказал в одном из телеэфиров, что подсудимый мэр «уже решил свои вопросы с ВСП, и там будет оправдательный приговор».

Такие ситуации, кроме прочего, демотивируют прокуроров расследовать преступления, которые, возможно, совершили представители власти.

«Снова закручивают гайки»

Идея создать ассоциацию прокуроров появилась в 2013 году, но тогда не было возможности ее реализовать. В 2019 году, когда сменилась власть и руководство Генпрокуратуры, такая возможность появилась. Мы хотели защитить прокуроров от самой системы и от влияния извне.

Есть много политиков и бизнесменов, которые хотят влиять на прокуроров. Для этого у них есть разные возможности, в том числе пресса. При этом у прокурора практически нет возможности защитить себя.

Я думал, что ассоциация может помочь тем прокурорам, которые хотят действовать в рамках закона.

Но меня ждало разочарование, в том числе в коллегах. Я считал, что многие думают так же, как и я, и тоже хотят что-то изменить. Но оказалось, что таких немного. А через несколько месяцев в системе снова начали закручивать гайки. Например, ты просто говоришь, что в системе есть такая-то проблема, давайте ее решим.

Но все это воспринимают, как критику и чью-то попытку вмешаться в какие-то процессы. Людям сложно понять, что кто-то готов самоорганизоваться. Некоторые коллеги начали распространять слухи, что кто-то посредством этой ассоциации пытается на кого-то давить.

Разумеется, это не так, но каждый раз, когда ассоциация высказывает свое мнение в критическом ключе, они говорят — ну вот, мы были правы, неспроста же эта критика.

Я условно разделяю коллег на несколько категорий: люди, которые чувствуют себя достаточно комфортно в сложившейся системе; люди которые просто не видят проблем — чаще всего это руководители, они видят, что система работает, и не собираются что-то менять; люди, которые видят проблемы, но не хотят бороться, потому что это влечет за собой негативные последствия лично для них. И последняя категория — небольшая группа людей, которые видят проблемы и хотят бороться за то, чтобы их решить.

«За последний год система не изменилась»

Я считаю, что за последний год [после прихода нового генпрокурора] положение дел в прокуратуре не изменилось.

Конечно, были какие-то изменения: перераспределение ответственности между специальными прокуратурами, проверки, кадровые перестановки. Но, к сожалению, суть самой системы осталась прежней.

Она осталась продолжением советской системы прокуратуры. И это не меняется, несмотря на разные реформы — и большие, маленькие.

Сейчас много говорят о процессуальной независимости прокуроров. Но мы не можем говорить о независимости прокурора, если у вышестоящего прокурора есть возможность повлиять на исход какого-то дела, пусть даже незаконно. И такая возможность есть.

Все просто: начальник берет дело и распределяет тому, кому надо, и он принимает решение, которое надо. И точно так же начальник может забрать дело у неподходящего прокурора. И, хотя есть четкие критерии для передачи дел, эти критерии, исходя из моего опыта и опыта моих коллег, не соблюдают.

К тому же нет механизма, который бы контролировал соблюдение закона при передаче дел.

Начальник распределяет и объем работы по своему личному усмотрению, что тоже можно использовать, как механизм влияния на прокуроров. Ты с чем-то не согласен — тебя завалили работой, а у твоего коллеги пустой стол. И так будет, пока ты не станешь более покладистым.

По сути, закон дает начальникам достаточно широкий набор инструментов для непроцессуального влияния на прокурора. Может, для кого-то не проблема прийти к начальнику и спросить, что делать с этим делом и с тем. И начальник скажет — это дело в суд, а это надо прекратить.

Но что делать тем прокурорам, которые отстаивают свою независимость? Они по идее должны написать рапорт на начальника, если он оказыает на них ненадлежащее влияние, то есть войти с ним в конфликт.

При этом, по сути, рапорт никто не рассмотрит, а прокурору придется работать в том же коллективе и с тем же начальником.

В других странах прокуроры могут писать жалобы на давление в Высший совет прокуроров. И таких жалоб там очень много, несмотря на более широкие гарантии независимости, чем у нас. Я не могу вспомнить у нас ни одного такого обращения в Высший совет прокуроров. Прокуроры уверены, что обращаться в совет по такому поводу нет смысла.

Читайте также:  Договор найма жилого помещения, 2021, 2021 - Договор аренды жилого помещения - Образцы и бланки договоров

«Система воспитывает в прокурорах безынициативность»

Многие прокуроры разочаровались и считают, что бороться с системой бессмысленно. Мы создали ассоциацию не для того, чтобы воевать с какими-то начальниками, а чтобы попытаться изменить систему. Но это очень сложно. Система такая, какая есть, она воспитывает в прокурорах безынициативность.

Я разочаровался и в коллегах. Они сами не готовы бороться за это. А делать это за них и быть громоотводом — очень тяжело. Сейчас то, что мы делаем в ассоциации, больше вредит карьере, чем влияет на систему.

К примеру, есть регламент, одобренный на уровне генпрокурора, который позволяет начальнику Прокуратуры муниципия Кишинев распределять прокуроров между офисами по своему усмотрению. Теоретически это может быть так: сегодня ты на Чеканах, а завтра ты на Буюканах. Будь добр, передай все дела.

Я считаю, что это тоже один из инструментов, позволяющих влиять и давить на прокуроров.

Мы попросили пересмотреть регламент, ведь подобные переводы влияют на карьеру прокуроров и могут быть использованы для подавления независимости. Но нам ответили, что в этом нет необходимости. Хотя у судей была подобная ситуация, и в марте 2020 года Конституционный суд признал такую практику неконституционной.

В других странах профессиональные ассоциации имеют огромный авторитет, к их мнению прислушиваются. Нам хотелось перенять этот опыт. Но очень многое зависит и от конкретных руководителей самой прокуратуры.

«У прокуроров нет возможности защитить себя»

Сейчас прокуроров критикуют все кому не лень. Люди негативно относятся к прокурорам, в том числе потому, что об этом каждый день говорят по телевизору политики и эксперты. Хотя большинство прокуроров не имеют никакого отношения ни к делам о краже миллиарда, ни к другим громким делам. Политикам очень удобно говорить — это не мы, это кто-то хуже нас.

При этом почему-то уходит на задний план тот факт, что все самые резонансные преступления совершались именно политиками или благодаря им. А у прокуроров, по сути, нет возможности защитить себя от этого. Очень сложно противопоставить свою позицию человеку, у которого есть ресурсы, электорат. Даже если ты прав. Все аргументы утонут в информационном шуме.

Летом 2019 года депутаты опубликовали список «прокуроров-коррупционеров». Депутаты посмотрели декларации о доходах прокуроров и сравнили цены автомобилей, которые они указали со средними ценами на [доске объявлений] 999, и выявили какие-то несоответствия. Меня это очень удивило.

Во-первых, в представленных депутатами данных были неточности. Во-вторых, это же депутаты, в их компетенции как раз все изменить. Создать на уровне системы барьеры, чтобы люди незаконно не могли обогащаться.

Но они ничего лучше не смогли придумать, чем проверить стоимость машин на доске 999.

Профессия "прокурор": взгляд изнутри

В день работника прокуратуры бывшие сотрудники ведомства поделились с ПАСМИ своими воспоминаниями о методах работы с населением, «кастовом делении» и принципах построения карьеры. Имена и фамилии изменены по просьбе бывших прокуроров.

Трудоустройство

По словам бывших работников надзорного ведомства, в некоторых регионах попасть даже в районную прокуратуру человеку со стороны довольно сложно — нужны либо связи, любо деньги.

Артем Волков, стаж работы 6 лет:

«Мне повезло, я устроился в середине нулевых годов, когда еще можно было самому прийти в отдел кадров прокуратуры, и доказав свою квалификацию, начать работать. Я не берусь говорить о ситуации по всей стране, но у нас, в Волгоградской области, сейчас такое вряд ли возможно».

Елена Молоткова, стаж работы 11 лет:

«Меня взяли на работу в городскую прокуратуру по рекомендации заместителя прокурора города, который выбирал молодых сотрудников после практики.

Интересно, что я за несколько недель до его рекомендации я сама отправляла свои документы в отдел кадров. Но, когда я пришла устраиваться на работу с рекомендацией начальства, моего дела у кадровиков не оказалось.

То есть, папка с моими документами просто была выброшена в корзину или пропала…»

Михаил Туманов, стаж работы 3 года:

«Для устройства в органы прокуратуры рядовым сотрудником нужно либо быть из прокурорской семьи, либо иметь хорошие связи, либо, как я слышал, иметь в загашнике от 800 тысяч рублей. Сам я поступил на службу в прокуратуру без блата и денег, имея красный диплом университета. Но, несмотря на свое желание помогать людям, продержался недолго…».

Уйти или остаться

По словам бывших сотрудников прокуратуры, до пенсии остаются служить немногие. Большинство либо уходит по собственному желанию, либо увольняется в связи с «обновлением» кадров.

Как считают люди, проработавшие в этой системе несколько лет, речь идет о ротации личного состава в рамках требований конкретного начальника.

А те, кто не подходит, либо увольняются, либо не принимаются на работу.

Регина А., стаж работы 8 лет:

«Сейчас от людей, проработавших более пяти лет, пытаются избавиться. Набирают выпускников вузов.

Причем, кроме так называемых своих, отбор идет и по интеллектуальному уровню — чем ниже, тем удобнее начальству.

Поэтому рассчитывать, по крайней мере, в ближайшее время на долгую карьеру в некоторых регионах я бы не стала. Можно чуть позже перевестись в другую область, республику или в Генпрокуратуру».

Артем Волков, стаж работы 6 лет:

«За те семь лет, которые я уже не работаю в прокуратуре нашей области, там не осталось ни одного порядочного человека. За исключением одного-двух, которые приняли решение не проявлять инициативу, не вмешиваться, чтобы спокойно доработать до пенсии. Те, кто там работают, в лучшем случае — бездари или полностью безынициативные люди. Зачем этот орган существует, я не знаю».

Елена Молоткова, стаж работы 11 лет:

«Им не нужны думающие люди, им нужна просто печатная машинка: для отчетов, актов реагирования, чтобы „палочки“ нарабатывали и завышали отчетность.

И в некоторых регионах так может происходить по всей вертикали — от главного прокурора до районного.

Если кого-то не устраивает такая ситуация, но есть желание работать в прокуратуре, то идеальный вариант — перевестись куда-нибудь на Север, потому что там хотя бы оплата выше и льгот больше».

Карьерный взлет

Сделать по-настоящему успешную карьеру в органах прокуратуры, как считают опрошенные, человеку «со стороны» очень сложно. Даже если быть «верным солдатом системы» и беспрекословно выполнять все поручения руководства.

Регина А., стаж работы 8 лет:

«Повышение возможно, если ты тихий, спокойный, без инициативы, не пытаешься добиться реальных результатов в работе и хорошо изображаешь ничего не представляющую собой кадровую единицу. А те, кто пашет и вкалывает, так и остаются на своем не очень высоком уровне».

Елена Молоткова, стаж работы 11 лет:

«Если у человека нет блата, то рано или поздно его попытаются убрать. Нужны родственники, покровители. Чужаки — они не нужны, потому что у людей не из системы совсем другой взгляд на жизнь. Они могут быть, допустим, не согласны с тем, как начальство относится к простым гражданам. Такие, как мы, могут не найти соприкосновения с влиятельными руководителями, и поэтому не нужны».

Михаил Туманов, стаж работы 3 года:

«Тех, кто всю жизнь молчит, по крайней мере, их не прессуют. Самый главный принцип долгосрочной карьеры и некоторого роста — никуда не соваться. И ни в коем случае не перечить руководству, даже если его требования незаконны. Один раз провинишься, и тебя сольют».

Работа с населением

Отношение к заявлениям граждан в ряде подразделений, как рассказывают бывшие прокуроры, безответственное. И причиной этому может являться как банальное нежелание работать, так и непрофессионализм.

Елена Молоткова, стаж работы 11 лет:

«Многое делается не то чтобы спустя рукава, а просто неправильно. Бывали случаи, когда давали ответы, не делая акты реагирования. У нас такое творилось… могли вообще не отвечать на жалобы населения. Но на все это закрываются глаза, потому что все знают, кто папа у этого выдающегося сотрудника или сотрудницы. А если ты не с системой, то ты оттуда убираешься».

Артем Волков, стаж работы 6 лет:

«Они отправляют в суд левые дела, не вникая в суть. Даже те, в которых нет никакого состава преступления. Но прокуроры подписывают заключение, отправляют дело в суд — статистику так правят.

Надзор над делами ведется формально, потому что прекращенные дела плохо влияют на их статистику, любыми путями запихивают их в суд.

В ряде случаев обвиняемых, которые на свободе, пытаются закрыть в камеры, чтобы потом с ними договариваться о минимальных сроках в обмен на признание своей вины в суде. Это все — реальные случаи».

Работа с бизнесом

По мнению опрошенных, официальная статистика не имеет ничего общего с действительностью. Прокуроры могут не реагировать на жалобы бизнесменов или просто выполнять заказы руководства.

Михаил Туманов, стаж работы 3 года:

«В моей адвокатской практике удалось взыскать с государства сумму, которую клиент потратил на мою работу и на другие издержки. По закону, эти деньги должны были быть взысканы с чиновника, по вине которого государство платит компенсацию.

В областной прокуратуре наше обращение с указанием конкретного должностного лица, которого суд признал не правым, было спущено в городскую. Из городской — в районную.

А районная отписалась, что не усмотрела оснований требовать от чиновника делать выплаты в пользу бюджета. И на этом все закончилось».

Регина А., стаж работы 8 лет:

«Сплошь и рядом нарушаются права предпринимателей. А на запросы обычных граждан реагируют отписками — идите с исками в суд. А за что они зарплату получают? Не знаю, как в областях, а у нас удовлетворять жалобу считалось самым последним делом. Редко кто работал по-настоящему».

Читайте также:  Налоговые и правовые вопросы начинающих фрилансеров

Елена Молоткова, стаж работы 11 лет:

«Система реагирования непрозрачная. Сотрудники знают, что руководители замешаны в каких-то махинациях и крышевании. А руководители не стесняются давать указания… Мне прямо говорили: „Забудь про все, чему тебя учили. Все, что ты знаешь — никому не нужно“. И говорилось это, как правило, матом».

Месть провинившимся

Отношение к ослушавшимся сотрудникам у руководства хуже, чем к рядовому гражданину. Даже небольшое неповиновение может обернуться крахом карьеры — в лучшем случае, а в худшем — тюрьмой.

Регина А., стаж работы 8 лет:

«Кто работает в прокуратуре у того прав нет. Всем всегда об этом говорилось и говорится. Поэтому если надо привлечь сотрудника, то его привлекают, не спрашивая законно или нет. Внутри системы закона нет.

Я без оглядки работала, я не ожидала, что со мной так поступят. Людям помогала. Когда поступила на работу, то чувствовала себя самым счастливым человеком в мире. В итоге оказалось, что эта честность и равное отношение и к богатым, и к бедным не приветствуется.

Мне мой начальник это сказал перед тем, как меня выгнали».

Артем Волков, стаж работы 6 лет:

«Многие боятся увольняться. Одному моему знакомому прокурору сделали уголовное дело только потому, что он вопреки желанию руководства хотел перевестись в другую область.

Его же коллега из его же прокуратуры инициировал дело. Неофициальная причина — попытался перешагнуть через голову вышестоящего начальства.

Даже желая остаться в системе, но нарушая желание того, кто выше, ты становишься неугоден системе».

Условия работы

Бывшие сотрудники прокуратуры рассказывают, что даже с бумагой в ведомстве не все хорошо. Расходные материалы, траты на уборку помещений и транспортные расходы часто ложились на плечи работников.

Михаил Туманов, стаж работы 3 года:

«Периодически бывшие коллеги мне жалуются, что они сами бумагу покупают для принтеров. Знаю, что кабинеты в прокуратурах области ремонтируют за свой счет сами сотрудники. А что им еще делать, когда отваливаются обои? Попросить отремонтировать нельзя — коррупция, денег на это дело не выделяют, поэтому скидываются и ремонтируют».

Регина А., стаж работы 8 лет:

«Мы даже бытовую химию покупали уборщице. А из-за особенностей тендера, январь всегда был месяцем, когда уборщиц не было. И мы скидывались из своих денег на зарплату уборщице. А когда пожаловались, нам сказали: „Вы и так хорошую зарплату получаете“. Все что было связано с внутренней документацией, делалось на использованных листах бумаги.

Предназначенные для уничтожения документы мы разбирали, и повторно прогоняли через принтер. Но самое смешное, что рабочий компьютер я покупала за свои деньги! Мне выдали допотопный „комп с телевизором“, который только к обеду начинал что-то соображать. Ну, я поехала и купила себе нормальный компьютер. В принципе, техникой мы не обеспечивались.

И картриджи заправляли за свой счет».

Артем Волков, стаж работы 6 лет:

«На весь отдел прокуратуры были одни „Жигули“, которые периодически ломались. По этой причине мы выезжали в областной центр — за 300—400 километров — на своих машинах.

Бензин, конечно, нам никто не оплачивал, расходные материалы тоже. Прокурор нас просил, и мы складывались.

А когда денег на бензин не хватало, просили людей из отдаленных населенных пунктов района самим приезжать для получения ответов. Складывались даже на марки для писем».

pasmi.ru

О работе прокурора и карьерном пути

  • – Чем занимается Ваша организация?
  • – Органы прокуратуры осуществляют надзор за соблюдением законов на территории Российский Федерации, за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, за деятельностью органов государственной власти, правоохранительных и уголовно-исполнительных органов.
  • Соответственно, прокуратура Невского района Санкт-Петербурга осуществляет все вышеуказанные функции на территории Невского района Санкт-Петербурга.
  • – Что входит в обязанности прокурора?

– Защита конституционных прав граждан, интересов общества и государства, борьба с коррупцией являются приоритетными направлениями деятельности органов прокуратуры. Нарушения закона в самых различных сферах требуют вмешательства прокуроров ежедневно.

Кроме того, прокуроры поддерживают государственное обвинение в суде, участвуют в рассмотрении гражданских дел судами. Также прокурор наделен правом правотворческой деятельности.

Реализуя правозащитную функцию, прокуратура придерживается политики открытости и прозрачности своей деятельности. Гласность в деле укрепления законности — один из принципов работы прокуратуры.

– Чем именно занимается прокурор района?

– Он руководит деятельностью районной прокуратуры, контролирует работу подчиненных сотрудников, определяет приоритетные направления надзора в соответствии со спецификой района, ставит задачи и следит за их исполнением. Кроме того, лично на прокурора района возложен надзор за противодействием коррупции.

– Как проходит ваш рабочий день?

– Каждый день начинается с планового оперативного совещания с заместителями прокурора, на котором докладывается сводка происшествий за сутки, поступающая из УМВД района, сводка происшествий, поступающая из администрации района, информация СМИ. Также на совещании обсуждаются текущие проверки, проводимые сотрудниками прокуратуры района, контрольные жалобы граждан, задания и иные актуальные вопросы. 

После совещания идет работа с поступающей корреспонденцией из вышестоящей прокуратуры, государственных органов, работа с жалобами и обращениями граждан. 

Кроме того, в течение дня проводятся различные совещания с руководством УМВД, следственного комитета, администрации района по актуальным вопросам. Также мы слушаем доклады оперативных работников и заместителей о ходе проверок, рассмотрении жалоб и иных вопросов, связанных с оперативной обстановкой в районе в целом, а также обсуждаем конкретные проблемы и пути их решения.

– Почему вы решили стать прокурором?

– Еще во время учебы в школе я мечтал стать следователем. Окончив среднюю школу, поступил в юридический институт, после которого стал работать следователем прокуратуры. Затем я прошел все ступени карьерной лестницы.

Меня назначили старшим следователем отдела по особо важным делам, заместителем прокурора района, начальником отдела и заместителем начальника управления в прокуратуре Санкт-Петербурга и, наконец, прокурором района.

Каждый этап работы в органах прокуратуры очень интересен, и с прохождением его открываются новые знания, приходит опыт для занятия более важной и ответственной должности.

Но самое главное — это то, что будь ты следователь, помощник прокурора района, заместитель или прокурор, ты всегда помогаешь людям в защите их прав и законных интересов.

И когда ты понимаешь, что помог человеку, восстановил его нарушенные права, ты получаешь настоящее удовлетворение от своей работы.

– Какое высшее образование нужно получить, чтобы стать прокурором?

– Главное — получить профессию юриста. Существуют профильные учебные заведения: ФГКУ ОУ ВО Университет прокуратуры Российской Федерации (Москва) и его филиалы (институты) в Иркутске, Санкт-Петербурге, Симферополе, Казани. Вообще в нашей стране много хороших юридических вузов. Главное, чтобы было желание учиться.

  1. – На какие предметы стоит делать упор старшекласснику, который хочет стать прокурором?
  2. – Прокурорскому работнику необходимы отличные знания русского языка, истории, обществознания, культуры речи.
  3. – Какие личностные характеристики нужны прокурору?

– Чтобы преуспеть в этой сфере, нужно развивать такие навыки, как фокусировка на задачах, скорость реакции, внимательность к мелочам и хорошая память.

Быть целеустремленным, инициативным и ответственным во всем, уравновешенным и тактичным в общении с людьми, требовательным к себе. Добросовестно относиться к исполнению поставленных задач, вести здоровый образ жизни.

Необходимо понимать, что за каждым твоим решением стоят судьбы людей.

– Сложно ли начинающему специалисту без опыта устроиться на работу?

– Отбор в прокуратуру более строгий, чем в обычные юридические организации. Требования к кандидатам предъявляют высокие, как относительно знаний, так и личных качеств, поэтому при приеме на работу кандидаты решают психологические тесты, проходят собеседования с действующими сотрудниками и предварительную практику. Во всем этом главное — желание кандидата и его целеустремленность.

– Какой карьерный путь может быть у прокурора?

– Карьерный путь начинается еще со студенческой скамьи: уже при обучении студенты проходят практику в прокуратурах районного звена, помогают осуществлять личный прием граждан и разрешать жалобы. По истечении шести месяцев работы в органах прокураторы сотруднику присваивается первоначальный классный чин — юрист 3-го класса.

Если говорить о должностях, то их наименование зависит от прокуратуры того звена, где человек работает.

Например, в прокуратуре района субъекта Российской Федерации первоначальной должностью является должность помощника прокурора, далее идет старший помощник прокурора района, заместитель и, соответственно, прокурор района.

В аппарате прокуратуры субъекта должности начинаются с прокурора отдела, далее — старший прокурор отдела, начальник отдела или управления, заместитель прокурора субъекта, прокурор субъекта. Пик карьерного роста и перспектив — это должность Генерального прокурора Российской Федерации.

– Сколько может получать прокурор?

– Зарплата зависит от стажа работы, классного чина, занимаемой должности и надбавок. В Санкт-Петербурге минимальная зарплата помощника прокурора составляет около 50 тысяч рублей в месяц.

– Чем может заняться прокурор, решивший попробовать себя в чем-то новом?

– Выбор очень велик, поскольку во время работы в прокуратуре сотрудник получает бесценный опыт во многих сферах юриспруденции, начиная от защиты прав потребителей и заканчивая уголовно-правовой составляющей. Работать можно пойти в юридические фирмы, адвокатуру, нотариат, суд.

– Будут ли работники прокуратуры востребованы в ближайшем будущем? Не автоматизируют ли их труд?

– 12 (23) января 1722 года Указом Петра I была учреждена Российская прокуратура. Сейчас органам прокуратуры России 297 лет. Полагаю, время и история показали, что наша профессия будет востребована всегда.

Кроме того, поскольку наша работа напрямую связана с взаимодействием с гражданами, чьи права нарушены, никакая компьютерная система не сможет заменить человека. Законодательство пишется людьми для людей, соответственно, машины его трактовать не смогут.

– Что вы могли бы посоветовать почитать или посмотреть старшеклассникам, которые хотят побольше узнать о профессии?

– Одним из лучших романов по данной теме я считаю «Эру милосердия» — детективный роман братьев Вайнеров о борьбе московской милиции и прокуратуры с уголовными элементами, расплодившимися во время послевоенной разрухи.

Кроме того, наверняка многие знают сериал «Место встречи изменить нельзя», снятый на основе этого романа. Также можно отметить такие фильмы как «Марш Турецкого» и «Тайны следствия», но они больше о работе следователя.

Ссылка на основную публикацию