Дело № 18-КГ15-90 от 23.06.2015 — Судебная коллегия по гражданским делам, кассация — Судебная практика, судебные решения

Договор займа является реальным, то есть заключенным с момента передачи денег. В связи с этим специфика договора займа в том, что для него закон называет дополнительное основание, по которому договор можно признать незаключенным, – «безденежность» (ст. 812 ГК РФ).

Это означает, что заемщик может доказывать, что деньги или другие вещи от заимодавца он фактически не получил.

https://www.youtube.com/watch?v=ytpolicyandsafetyru

Заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности и доказывать, что деньги или другие вещи в действительности:

  • не получены им от заимодавца, то есть договор займа не был заключен;
  • получены в меньшем количестве, чем указано в договоре, то есть договор займа заключен в отношении меньшей денежной суммы или меньшего количества вещей.

Заимодавец, наоборот, должен представить суду доказательства, которые бы подтверждали, что в действительности он передал предмет займа заемщику.

r /{amp}gt;

Пример из практики: суд счел договор займа незаключенным, так как отсутствуют доказательства того, что заимодавец передал заемщику денежные средства 

Между ООО «К.» (заемщик) и индивидуальным предпринимателем В. (заимодавец) заключен договор процентного займа. ООО «К.» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю В. с иском о признании договора займа незаключенным.

В качестве основания для признания договора незаключенным истец указал, что денежные средства от заимодавца он не получил.

Суды установили следующее. Поступления и выдачи наличных денег учитывают в кассовой книге. В представленной заемщиком кассовой книге отсутствуют сведения, подтверждающие приход заемных средств. Суды первой и апелляционной инстанций сделали правильный вывод о том, что отсутствуют доказательства передачи от заимодавца к заемщику денежных средств.

Квитанция к приходно-кассовому ордеру, представленная заимодавцем в доказательство передачи заемных денежных средств, не может свидетельствовать о принятии денежных средств заемщиком.

Дело в том, что квитанция составлена с нарушением требований порядка ведения кассовых операций.

В частности, квитанция не содержит сведений о лице, подписавшем квитанцию, то есть не содержит информации о получении денежных средств уполномоченным представителем заемщика.

Дело № 18-КГ15-90 от 23.06.2015 - Судебная коллегия по гражданским делам, кассация - Судебная практика, судебные решения

В рамках другого дела суды рассмотрели следующий спор. Предприниматели Б. и Р. подписали соглашение, согласно которому Р. обязуется отдать Б. долг в виде одной тонны рогов оленя. Поскольку предприниматель Р. долг не вернул, предприниматель Б. обратился в суд с исковым заявлением о взыскании с него долга в денежном эквиваленте.

Решением суда первой инстанции иск удовлетворен. Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии задолженности у ответчика. Однако апелляционный суд отказал в удовлетворении исковых требований. При этом он исходил из отсутствия у ответчика обязательств по возврату денежных средств. Истец не представил документы, подтверждающие передачу ответчику денежных средств или других вещей.

В связи с этим суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что договор займа является незаключенным. В кассационной жалобе предприниматель Б. просил постановление отменить.

Суд кассационной инстанции указал, что вывод о незаключенности договора займа между предпринимателями является правомерным.

Истец не представил документы, подтверждающие перечисление, передачу денежных средств либо имущества ответчику.

Если договор займа должен быть совершен в письменной форме, то его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается (п. 2 ст. 812 ГК РФ). Однако из этого правила есть исключение. Договор займа может быть оспорен с использованием свидетельских показаний, если он был заключен:

  • под влиянием обмана, насилия, угрозы;
  • в силу злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем;
  • вследствие стечения тяжелых обстоятельств.
  • Если же заем не требует письменной формы, то его оспаривание по безденежности в любых случаях допускается с помощью любых доказательств, включая показания свидетелей.
  • r /{amp}gt;
  • Пример из практики: суд установил, что заемщик может оспаривать договор займа, как заключенный под влиянием обмана, с использованием свидетельских показаний 

Дело № 18-КГ15-90 от 23.06.2015 - Судебная коллегия по гражданским делам, кассация - Судебная практика, судебные решения

В связи с невозвратом суммы займа индивидуальный предприниматель М. (заимодавец) обратился в суд с иском к ООО «С.» (заемщик) о взыскании основного долга по договору займа и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Суд первой инстанции исковые требования удовлетворил. Апелляционный суд это решение суда оставил без изменения. Суды сделали вывод о реальности денежного займа и необходимости его возврата. При этом они отказали в удовлетворении ходатайства ответчика о вызове свидетелей. Они сослались на недопустимость оспаривания договора займа по его безденежности путем свидетельских показаний. ООО «С.

ООО «С.» указало, что никогда не получало денежных средств в виде займа от предпринимателя М. По мнению ООО «С.», расписка, которую представил в суд предприниматель М., составлена им собственноручно на пустом бланке ООО «С.». На этом бланке имелись подписи директора и главного бухгалтера общества, поставленные в результате обмана. Поэтому расписка является следствием фальсификации и обмана.

Суд кассационной инстанции отменил судебные акты и направил дело на новое рассмотрение.

https://www.youtube.com/watch?v=ytaboutru

Суд отметил: позиция ООО «С.» состоит в оспаривании договора займа, как заключенного под влиянием обмана. При таких обстоятельствах судам необходимо было допросить свидетелей, исследовать обстоятельства, связанные с составлением расписки.

Собранные по делу доказательства не свидетельствуют о бесспорности расписки. По смыслу пункта 2 статьи 808 Гражданского кодекса РФ расписка представляется заемщиком. В рассматриваемом случае суд установил, что текст расписки исполнен собственноручно заимодавцем.

Судебно-техническая экспертиза расписки выявила, что невозможно установить время выполнения и последовательность выполнения в расписке печатного, рукописного текстов, нанесения подписей и печати ООО «С.». Причина в том, что расписка подвергалась термическому и световому воздействию.

ООО «С.» представило копии бухгалтерских документов (кассовых книг, выписок операций по лицевому счету, бухгалтерского баланса).

Из этих документов следует, что взыскиваемая по договору займа сумма на счет или в кассу ООО «С.» в качестве заемных средств не поступала.

Суды сделали вывод о том, что неотражение заемных средств в документах бухучета заемщика не является подтверждением безденежности договора займа.

Однако они не приняли во внимание то, что все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами.

Расписка о получении займа без подтверждения бухгалтерскими документами факта поступления наличных денег в кассу не может служить доказательством выдачи займа именно ООО «С.

» (постановление ФАС Центрального округа от 18 сентября 2009 г. № Ф10-3814/09 по делу № А08-2258/08-10).

По итогам нового рассмотрения суды отказали истцу в удовлетворении заявленных требований (постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 2 июня 2010 г. по делу № А08-2258/2008-10-4).

r /{amp}gt;

Оспаривание займа по безденежности представляет собой способ защиты прав заемщика от действий недобросовестного заимодавца.

Например, распространена ситуация, когда заимодавец передает деньги (вещи) заемщику в меньшем размере (количестве), чем они обговорили.

При этом в расписке или в договоре указана сумма денег (количество вещей), о которой стороны договорились, а не та, которая была фактически передана. Кроме того, заемщик может написать расписку под оказанным на него принуждением.

Наконец, заимодавец может получить от заемщика расписку путем обмана, мошеннических действий. Он может сфальсифицировать документы и доказательства и т. д.

Предлагаем ознакомиться:  Как и куда подать заявление на развод в 2019 году

r /{amp}gt;

Пример из практики: суд установил, что надлежащие доказательства наличия заемных отношений отсутствуют, в связи с чем договор является незаключенным 

К. (заимодавец) обратился в арбитражный суд с иском к предпринимателю Л. (заемщик) в связи с неисполнением обязательств по возврату суммы займа и процентов. В суд он представил договор займа и расписку.

Отказывая в удовлетворении требования, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии сделки, оформленной договором займа.

Суды правомерно не приняли в качестве доказательств наличия долга договор займа и расписку.

Ведь из заключения эксперта следует, что время нанесения подписей сторон на договоре займа и время нанесения рукописного текста и подписи на расписке не соответствует датам, указанным в них.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. Однако факт передачи денежных средств должнику, то есть реального исполнения договора займа, не был подтвержден надлежащими доказательствами. В связи с этим суд признал договор незаключенным (постановление ФАС Центрального округа от 5 октября 2011 г. по делу № А14-12192/2009/41/19б).

https://www.youtube.com/watch?v=ytcopyrightru

Совет: если заимодавец подал исковое заявление о взыскании с заемщика задолженности по договору займа, а заемщик предмет займа не получал, то заемщик вправе подать встречный иск о признании договора займа незаключенным и оспаривать его по безденежности.

Адвокат доказал в Верховном Суде, что «новая кассация» вышла за пределы своей компетенции

Верховный Суд опубликовал Определение № 78-КГ20-30-КЗ, в котором напомнил кассационному суду о пределах его компетенции.

Обстоятельства дела

30 марта 2016 г. в отношении Татьяны Филимоновой был составлен протокол об административном правонарушении. Постановлением, вынесенным начальником отдела полиции, женщина была признана виновной в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.1 КоАП, ей назначено наказание в виде штрафа в размере 500 руб.

В дальнейшем Московский районный суд Санкт-Петербурга отменил постановление и прекратил производство по делу об административном правонарушении на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП за отсутствием состава правонарушения. Санкт-Петербургский городской суд изменил основание прекращения производства на п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП – в связи с отсутствием события административного правонарушения.

После этого Татьяна Филимонова обратилась в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Минфину и МВД РФ о взыскании убытков в размере 50 тыс. руб.

Удовлетворяя исковые требования, суд исходил из того, что установленные при рассмотрении административного дела обстоятельства свидетельствуют о недоказанности объективной стороны вмененного Татьяне Филимоновой правонарушения.

Суд отметил, что поскольку в результате незаконного привлечения к административной ответственности Татьяне Филимоновой были причинены убытки в размере 50 тыс. руб., состоящие из понесенных расходов на оплату труда адвоката, то у нее возникло право требования их возмещения.

Убытки в виде расходов на оплату юридических услуг, указал суд, должны быть возмещены за счет средств казны Российской Федерации. Апелляция согласилась с этими выводами.

Однако Третий кассационный суд общей юрисдикции отменил решения нижестоящих инстанций и направил дело на новое рассмотрение в апелляцию. Он подчеркнул, что вред, причиненный действиями должностных лиц правоохранительных органов, возмещается только при наличии их вины в причинении вреда.

По мнению кассации, в данном деле вина должностных лиц – сотрудников отдела полиции установлена не была, поскольку их действия в процессе производства по делу об административном правонарушении в установленном порядке незаконными не признаны.

Прекращение производства по делу, заметил суд, само по себе не свидетельствует о незаконности действий государственного органа или должностного лица.

Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 17 марта 2020 г. решение первой инстанции было отменено и вынесено новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Обращение в Верховный Суд

Не согласившись с такими выводами, Татьяна Филимонова обратилась в Верховный Суд. Ее интересы представлял адвокат АП Санкт-Петербурга Сослан Бетрозов.

В кассационной жалобе (имеется у «АГ») отмечается, что Третий кассационный суд общей юрисдикции в обоснование своего решения указал, что «обязательным условием возмещения вреда на основании ст.

1069 Гражданского кодекса Российской Федерации является вина должностного лица, ответственного за причинение вреда. В данном случае вина (в форме умысла либо неосторожности) должностных лиц – сотрудников 29-го отдела полиции судом установлена не была.

Действия сотрудников органов внутренних дел в процессе производства по делу об административном правонарушении в отношении истца в установленном порядке незаконными не признаны, а прекращение производства по делу об административном правонарушении само по себе не свидетельствует о незаконности действий государственного органа или должностного лица».

По мнению истицы, вывод суда прямо свидетельствует о неправильном применении (толковании) норм материального и нарушении процессуального права, в частности ст. 53 Конституции, ст. 1069. 1070 ГК. Указанное нарушение, приведшее к вынесению неправосудного решения, является фундаментальным и прямо предусмотрено ст. 390.14 ГПК в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта.

Читайте также:  Как оформляется пенсия по потере кормильца по закону?

В жалобе отмечалось, что ранее судами (в том числе кассационной инстанцией) было установлено и сторонами не оспаривалось, что в результате незаконного привлечения к административной ответственности истице были причинены убытки в размере 50 тыс. руб., которые сложились из понесенных ею расходов на оплату труда лица, оказавшего юридическую помощь.

Также указывалось, что в случаях, когда в отношении лица, привлеченного к ответственности, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п. 1 и 2 ст. 24.5 КоАП, применяются правила, установленные в ст.

1069–1070 ГК, которые устанавливают возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. «Анализ указанных норм ГК РФ позволяет сделать вывод о том, что расходы на оплату труда адвокатов в случае прекращения производства по делу об административном правонарушении на основании п. 1 и 2 ст. 24.

5 КоАП РФ возмещаются за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, – за счет казны субъекта Российской Федерации», – подчеркивается в жалобе.

Отмечалось, что в части расходов на оплату труда адвокатов в случае прекращения производства по делу об административном правонарушении на основании п. 1 и 2 ст. 24.5 КоАП РФ они, как следует из комплексного толкования ст. 1069– 1070 ГК и соответствует устойчивой позиции Верховного Суда, подлежат возмещению за счет казны Российской Федерации.

В связи с этим истица просила отменить определение кассации, оставив в силе решение нижестоящей инстанции.

Верховный Суд признал, что кассация допустила нарушения

Изучив материалы дела, ВС заметил, что и в апелляционной, и в кассационной жалобе МВД России ссылалось только на то, что суды нижестоящих инстанций при удовлетворении требований о взыскании убытков не применили ст.

100 ГПК об обязанности суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах, а потому их размер является завышенным.

Таким образом, МВД России, не возражая против удовлетворения исковых требований о взыскании убытков, причиненных незаконным привлечением Татьяны Филимоновой к административной ответственности, просило в кассационной жалобе лишь об изменении судебных актов путем снижения размера убытков, подлежащих взысканию.

«Между тем, отменяя апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 12 августа 2019 г. и направляя дело на новое апелляционное рассмотрение, суд кассационной инстанции на приведенные выше доводы кассационной жалобы не ссылался», – заметил Верховный Суд.

Кроме того, подчеркивается в определении, данные доводы, основанные исключительно на оценке размера возмещения судебных расходов применительно к фактическим обстоятельствам дела и не указывающие на какие-либо существенные нарушения норм материального или процессуального права, не могли являться основанием для кассационного пересмотра решений нижестоящих судов, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 390 ГПК кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Верховный Суд отметил, что соответствующие разъяснения содержатся также в абз. 2 п. 1 и в п. 24 Постановления Пленума ВС от 11 декабря 2012 г.

№ 29 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», устанавливая, что при рассмотрении кассационных жалобы, представления с делом суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, а также исследовать новые доказательства. При рассмотрении кассационных жалобы, представления суд кассационной инстанции проверяет только законность судебных постановлений, т.е. правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права.

Таким образом, подчеркивается в определении, ссылаясь на отсутствие вины сотрудников полиции и отменяя апелляционное определение в полном объеме, суд кассационной инстанции тем самым вышел за пределы доводов кассационной жалобы, однако не указал мотивов, которыми он руководствовался, и норму права, послужившую основанием для соответствующего процессуального действия.

Верховный Суд сослался на ст.

1069 ГК, согласно которой вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет, соответственно, казны Российской Федерации, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

«Возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороны не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении – критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен», – заметил ВС.

Несмотря на то что КоАП не содержит специальных положений о возмещении расходов лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании п. 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5 либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП, положения ст.

15, 16, 1069 и 1070 ГК, восполняя данный правовой пробел, не допускают отказа в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании указанных выше пунктов со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) или наличия вины должностных лиц.

«В связи с этим вывод суда кассационной инстанции о том, что для возмещения судебных расходов по делу об административном правонарушении необходимо установить вину должностных лиц государственного органа, нельзя признать правильным», – указал Верховный Суд. Таким образом, он отменил решение кассации от 13 января и апелляционное определение от 17 марта 2020 г.

Представитель истицы оценил выводы Суда

В комментарии «АГ» Сослан Бетрозов отметил, что вопрос обоснованности размера подлежащей взысканию суммы расходов, понесенных на представителя, в ВС не стоял.

«Оплаченная лицом стоимость услуг за оказание квалифицированной юридической помощи при рассмотрении дела об административном правонарушении, на мой взгляд, разумная и соответствует как сложности дела, так и объему оказанных представителем услуг.

ВС РФ, в свою очередь, последователен в ранее сформулированной позиции о недопустимости произвольного решения вопросов о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек», – указал адвокат.

КС: Обязанность возместить судебные издержки не зависит от вины проигравшей стороныПо мнению Суда, критерием наличия оснований для такого возмещения является лишь итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен

Сослан Бетрозов отметил, что выводы Третьего кассационного суда общей юрисдикции были ошибочными и противоречили как нормам материального, так и процессуального права.

Помимо прочего, суд вышел за пределы рассмотрения дела, установленные ст. 379.6 ГПК. «В данном случае позиция ответчика для суда значения не имела.

Отрадно, что Верховный Суд расставил в этом деле все на свои места», – подчеркнул он.

Адвокат указал, что гражданин, который понес убытки из-за незаконных или ошибочных действий должностных лиц, имеет право на компенсацию расходов, понесенных по делу. Данная позиция была сформулирована в Обзоре судебной практики от 9 февраля 2005 г., в п. 26 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2005 г. № 5, а также в Постановлении КС от 16 июля 2020 г. № 36-П.

Адвокаты посчитали определение ВС заслуживающим внимания

Адвокат АК «Гражданские компенсации» Марина Сомова указала, что определение заслуживает особого внимания, поскольку ВС не часто так детально разбирает доводы поступающих кассационных жалоб.

Марина Сомова отметила, что в конкретном рассматриваемом случае кассационная инстанция не рассмотрела довод, поставленный кассатором в своей жалобе, но сделала выводы о существенном нарушении материального или процессуального права судом апелляционной инстанции в отсутствие какой-либо мотивировки, что по своей природе является существенным нарушением. Именно поэтому Верховный Суд отменил незаконное определение кассационной инстанции и вынесенное по его указанию определение судебной коллегии апелляционной инстанции.

«Выход за пределы рассмотрения жалобы – это лишь право суда, но не его обязанность. Для выхода за пределы доводов кассационной жалобы ошибки, допущенные судами, должны нарушать в целом законность вынесенного судебного акта, при этом являясь существенными. В связи с этим и состоит трудность доказывания. Такие случаи происходят достаточно редко», – резюмировала Марина Сомова.

Адвокат АП Республики Башкортостан Надежда Крылова заметила, что еще в этом году Верховный Суд, согласно Определению от 17 марта 2020 г.

№ 83-КГ20-1, утверждал, что основанием для прекращения производства по делу об административном правонарушении явились нарушения, допущенные врачом при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, а не противоправный характер действий сотрудника ГИБДД, однако в нарушение требований ст. 67, 198 ГПК суд им оценки не дал и данная ошибка не была исправлена судом апелляционной инстанции при проверке решения нижестоящего суда.

Надежда Крылова отметила также, что в Определении ВС от 7 июля 2020 г. № 44-КГ20-6-К7 указано, что «ответчик может быть освобожден от ответственности, если докажет, что вред причинен не по его вине».

«Поэтому отрадно, что после 15 июля 2020 г.

практика разрешения споров о возмещении расходов на представителя при производстве дел об административных правонарушениях изменилась, соответствует духу и смыслу Конституции и чаяниям граждан», – указала она.

Адвокат посчитала, что данное определение интересно еще и тем, что в нем указывается на нарушение кассационной инстанцией норм процессуального закона о пределах рассмотрения дела.

«И действительно, достаточные основания для выхода за пределы доводов кассационной жалобы отсутствовали, как следует из содержания определения, ибо ответчик, фактически частично признавая заявленные исковые требования, просил о снижении размера убытков, подлежащих взысканию», – резюмировала Надежда Крылова.

5-КГ14-63 — Архив судебных решений

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего Момотова В.В., судей Романовского С.В. и Киселева А.П. рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску Макарова А.Б. к Брайовичу А.С.

о взыскании задолженности по договорам займа по кассационной жалобе представителя Брайовича А.С. — Меркушиной Т.В. на решение Хорошевского районного суда г.Москвы от 24 мая 2013 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 6 ноября 2013 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В., выслушав объяснения представителей Брайовича А.С. Шуткова А.В. и Меркушиной Т.В., поддержавших доводы кассационной жалобы, Макарова А.Б.

, просившего отказать в удовлетворении кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:
Макаров А.Б. обратился в суд с иском к Брайовичу А.С. о взыскании задолженности по договорам займа.

В обоснование иска указано, что 7 мая 2010 года между ООО «171 Меридиан» и Брайовичем А.С.

был заключен договор займа, в соответствии с которым общество выдало ответчику заем в размере руб. с окончательным сроком погашения до 25 декабря 2012 года. В качестве обеспечения исполнения обязательств по договору займа в этот же день между ООО «171 Меридиан» и Малевской Н.В., Ерзиковой Л.Н., Молокановой Е.В.

были заключены договоры поручительства. 7 мая 2010 года заимодавец перечислил денежные средства на счет ответчика. В период со 2 июня 2010 года по 16 февраля 2011 года Брайович А.С. и его поручители по договору займа Ерзикова Л.Н. и Малевская Н.В. произвели погашение части задолженности.

22 апреля 2011 года между ООО «171 Меридиан» и Брайовичем А.С. был заключен еще один договор займа, по условиям которого ООО «171 Меридиан» предоставило ответчику заем в размере руб. с окончательным сроком погашения до 1 октября 2011 года. В качестве обеспечения исполнения обязательств по договору займа 25 апреля 2011 года ООО «171 Меридиан» заключило со Шведовым А.А. и Молокановой Е.

Читайте также:  Пенсионный возраст воинам афганцам в России: снижение возраста выхода на пенсию

В. договоры поручительства. 25 апреля 2011 года заимодавец перечислил денежные средства на счет ответчика. 21 декабря 2011 года и 22 декабря 2011 года поручитель по договорам займа Молоканова Е.В. произвела оплату части задолженности.

С учетом всех произведенных платежей по состоянию на 22 декабря 2011 года задолженность Брайовича А.С. перед ООО «171 Меридиан» была полностью погашена.

1 октября 2012 года Малевская Н.В., Ерзикова Л.Н. и Молоканова Е.В., оплатившие обязательства Брайовича А.С. по договорам займа, заключили с Макаровым А.Б. договоры цессии, по которым передали права требования к Брайовичу А.С. в объеме произведенного исполнения.

1 октября 2012 года между ООО «171 Меридиан» и Макаровым А.Б. был заключен договор цессии, по которому ООО «171 Меридиан» передало Макарову А.Б. право требования долга в части начисленных, но неуплаченных процентов по договорам займа от 7 мая 2010 года и от 22 апреля 2011 года.

С учетом уточненных исковых требований Макаров А.Б. просил взыскать с ответчика руб.

Решением Хорошевского районного суда г.Москвы от 24 мая 2013 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 6 ноября 2013 года, иск Макарова А.Б. был удовлетворен.

В кассационной жалобе представитель Брайовича А.С. — Меркушина Т.В. просит отменить названные судебные постановления.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 12 августа 2014 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, объяснения относительно кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Судом установлено, что платежным поручением от 7 мая 2010 года N 993 ООО «171 Меридиан» перечислило Брайовичу А.С. денежные средства в размере руб. В платежном поручении в качестве основания был указан договор от 7 мая 2010 года без номера.

7 мая 2010 года между ООО «171 Меридиан» и Малевской Н.В., Ерзиковой Л.Н., Молокановой Е.В. были заключены договоры поручительства, по условиям которых поручители (Малевская Н.В., Ерзикова Л.П. и Молоканова Е.В.

) обязались перед кредитором (ООО «171 Меридиан») отвечать за исполнение Брайовичем А.С. его обязательств по договору займа от 7 мая 2010 года.

Платежным поручением от 2 июня 2010 года Брайович А.С.

произвел погашение займа по договору от 7 мая 2010 года б/н на сумму руб.

16 ноября 2010 года Ерзикова Л.Н. произвела оплату по договору займа в размере руб., а 15 февраля 2011 года — руб.

16 февраля 2011 года Малевская Н.В. внесла денежные средства по договору займа в размере руб.

Платежным поручением от 25 апреля 2011 года N 316 ООО «171 Меридиан» перечислило Брайовичу А.С. денежные средства в размере руб. Основанием перечисления в платежном поручении был указан договор от 22 апреля 2011 года без номера.

25 апреля 2011 года ООО «171 Меридиан» заключило со Шведовым А.А. и Молокановой Е.В. договоры поручительства, по условиям которых поручители (Шведов А.А. и Молоканова Е.В.) обязались перед кредитором (ООО «171 Меридиан») отвечать за исполнение Брайовичем А.С. его обязательств по договору займа от 22 апреля 2011 года.

21 декабря 2011 года Молоканова Е.В. внесла за Брайовича А.С. денежные средства по договорам займа в размере руб., а 22 декабря 2011 года — по договору займа от 7 мая 2010 года руб.

1 октября 2012 года Макаровым А.Б. с Малевской Н.В., Ерзиковой Л.Н. и Молокановой Е.В. были заключены договоры об уступке прав (требований), по условиям которых они уступили цессионарию Макарову А.Б. право требования возврата денежных средств в объеме осуществленного за должника Брайовича А.С. исполнения, а также право требования процентов за пользование чужими денежными средствами.

В этот же день ООО «171 Меридиан» заключило с Макаровым А.Б.

договор об уступке прав (требований), уступив ему право требования уплаты начисленных по состоянию на 22 декабря 2011 года и неуплаченных процентов за пользование заемными средствами по договорам займа от 7 мая 2010 года и от 22 апреля 2011 года, также право требования уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами по указанным договорам займа за период с 22 декабря 2011 года и по день их фактической уплаты.

Принимая решение об удовлетворении заявленных Макаровым А.Б. требований, суд, исследовав и оценив собранные по делу доказательства, руководствуясь положениями статей 807, 810, 811, пункта 1 статьи 361, статей 363, 382, 384, 388 Гражданского кодекса Российской Федерации пришел к выводу о заключении между ООО «171 Меридиан» и Брайовичем А.С. договоров займа.

При этом суд указал на то, что отсутствие у истца оригинала договоров займа от 7 мая 2010 года и от 22 апреля 2011 года не свидетельствует об отсутствии заемных обязательств между Брайовичем А.С. и ООО «171 Меридиан», поскольку договор займа является реальным договором и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. Заключение договора займа может быть подтверждено любым документом, удостоверяющим передачу заемщику заимодавцем определенной денежной суммы. В данном случае, перечисление денежных средств от ООО «171 Меридиан» Брайовичу А.С. подтверждается соответствующими платежными поручениями, частичным возвратом ответчиком денежных средств по заключенным договорам.

Судом было установлено, что Брайович А.С. перестал исполнять свои обязательства по возврату займов, в связи с чем поручители произвели погашение займов, а впоследствии уступили свои права требования Макарову А.Б.

Между тем выводы суда являются ошибочными, противоречащими требованиям закона и обстоятельствам дела.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

В соответствии с частью 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

С учетом того, что ответчик Брайович А.С. оспаривал заключение с ООО «171 Меридиан» договоров займа от 7 мая 2010 года и от 22 апреля 2011 года, а также в связи с отсутствием у сторон по делу оригиналов названных договоров займа (истцом суду были представлены копии договоров займа), по данному делу юридически значимым и подлежащим установлению с учетом подлежащих применению норм материального права являлось выяснение вопроса о том, были ли заключены между ООО «171 Меридиан» и Брайовичем А.С. названные договоры займа.

Именно от установления данного факта зависело принятие судом решения об отказе или удовлетворении требования Макарова А.Б. о взыскании денежных средств с Брайовича А.С.

Однако суд, вынося решение об удовлетворении иска, оставил без исследования и правовой оценки юридически значимые обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора.

Согласно статье 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию (часть 2 статьи 71 ГПК РФ).

В силу статьи 808 ГК РФ договор займа в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, должен быть заключен в письменной форме.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Ответчик ссылался на то, что оригиналы договоров займа от 7 мая 2010 года и от 22 апреля 2011 года истцом суду представлены не были, а имеющиеся в материалах дела ксерокопии договоров займа не могут являться допустимыми доказательствами по делу, с чем согласился истец и суд.

Следовательно, вывод суда о том, что факт заключения Брайовичем А.С. с ООО «171 Меридиан» договоров займа подтвержден платежными поручениями и приходными кассовыми ордерами о переводе денежных сумм, является ошибочным.

Данные документы как оформленные только одной стороной — ООО «171 Меридиан» сами по себе не свидетельствуют о заключении договора займа.

Указанные платежные поручения лишь удостоверяли факт передачи определенной денежной суммы, однако не могли рассматриваться как наличие соглашения между ООО «171 Меридиан» и Брайовичем А.С., свидетельствующего о волеизъявлении обеих сторон на установление заемных обязательств.

Таким образом, поскольку подлинников договора займа суду представлено не было, а перечисление ООО «171 Меридиан» денежных сумм Брайовичу А.С. само по себе однозначно не могло свидетельствовать именно о заключении договора займа с ответчиком, у суда не имелось оснований для вывода о том, что между Брайовичем А.С. и ООО «171 Меридиан» были заключены договоры займа, которые впоследствии были положены судом в основу обжалуемого решения об удовлетворения требований Макарова А.Б.

При таких обстоятельствах судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций подлежат отмене, а дело — направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:
Решение Хорошевского районного суда г.Москвы от 24 мая 2013 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 6 ноября 2013 года отменить, направить дело на новое рассмотрение в Хорошевский районный суд г.Москвы.

Председательствующий
В.В.Момотов Судьи
С.В.Романовский

А.П.Киселев

Электронный текст документа
подготовлен ЗАО «Кодекс» и сверен по:
рассылка

Дело N5-КГ16-182. Об оспаривании доверенности, договора дарения, применении последствий недействительности ничтожной сделки

Законы и кодексы » Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации » Раздел II. Производство в суде первой инстанции » Подраздел II. Исковое производство » Глава 15. Судебное разбирательство » Статья 181. Исследование письменных доказательств » Дело N5-КГ16-182.

Об оспаривании доверенности, договора дарения, применении последствий недействительности ничтожной сделки.

  • ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  • ОПРЕДЕЛЕНИЕ
  • от 6 декабря 2016 г. N 5-КГ16-182
  • Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Гетман Е.С.,

судей Романовского С.В. и Киселева А.П.,

с участием прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Власовой Т.А.,

Читайте также:  Как правильно внести изменения в ЕГРН

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску Брылевой А.Н. к Матюниной И.В. о признании недействительными доверенности, договора дарения квартиры и применении последствий недействительности ничтожной сделки

по кассационной жалобе представителя Брылевой А.Н. на решение Нагатинского районного суда г. Москвы от 2 февраля 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 4 мая 2016 г.,

заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В., выслушав объяснения представителя Брылевой А.И. Севастьяновой О.Н., поддержавшей доводы кассационной жалобы, Матюнину И.В., просившую жалобу отклонить, прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Власову Т.А., полагавшую, что судебные постановления подлежат отмене,

установила:

Брылева А.Н. обратилась в Нагатинский районный суд г. Москвы с иском к Матюниной И.В. о признании недействительной доверенности на имя Стоцкой Л.Ю. от 30 мая 2012 г., удостоверенной временно исполняющей обязанности нотариуса г. Москвы Ралько О.В.

Измайловой Н.А., о признании недействительным договора дарения квартиры по адресу: , заключенного 31 мая 2012 г. между ответчицей Матюниной И.В. и Стоцкой Л.Ю., действующей от имени истицы, и о применении последствий недействительности сделки.

В обоснование требований Брылева А.Н. указала, что в 2012 году с помощью Стоцкой Л.Ю. приватизировала квартиру по адресу: , в которой она зарегистрирована и проживает в настоящее время. После завершения приватизации в квартиру была зарегистрирована племянница — ответчица Матюнина И.В.

В 2013 году истице стало известно, что собственником данной квартиры является ответчица на основании договора дарения, заключенного 31 мая 2012 г. от имени истицы Стоцкой Л.Ю., действовавшей по доверенности от 30 мая 2012 г.

Такой доверенности она не выдавала, подпись в доверенности ей не принадлежит.

Истица просила признать указанные доверенность и договор дарения недействительными в силу ничтожности, поскольку данные сделки совершены в отсутствие ее волеизъявления на отчуждение квартиры в пользу Матюниной И.В.

Решением Нагатинского районного суда г. Москвы от 2 февраля 2016 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 4 мая 2016 г., в удовлетворении исковых требований Брылевой А.Н. было отказано.

В кассационной жалобе представитель Брылевой А.Н. просит отменить решение Нагатинского районного суда г. Москвы от 2 февраля 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 4 мая 2016 г.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В. от 26 октября 2016 г. кассационная жалоба представителя Брылевой А.Н. с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

  1. Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, возражения на кассационную жалобу, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются предусмотренные законом основания для удовлетворения кассационной жалобы.
  2. В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
  3. Такие нарушения норм права допущены судами при рассмотрении настоящего дела.

Разрешая спор по существу и отказывая Брылевой А.Н. в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из отсутствия допустимых доказательств того, что доверенность от 30 мая 2012 г. на имя Стоцкой Л.Ю. подписана не истицей, а иным лицом. Кроме того, суд указал на пропуск годичного срока исковой давности.

При этом в удовлетворении ходатайства представителя истца о назначении почерковедческой экспертизы подписи Брылевой А.Н. судом первой инстанции было отказано.

  • С такими выводами согласился и суд апелляционной инстанции, сославшись на то, что в соответствии со статьей 166 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации удовлетворение ходатайства является правом, а не обязанностью суда.
  • С указанными выводами суда Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не может согласиться по следующим основаниям.
  • Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
  • Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) ( пункт 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации).
  • Пунктом 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.
  • Согласно пункту 2 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

Из пункта 1 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент оформления доверенности от 30 мая 2012 г.

, следует, что доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами.

Письменное уполномочие на совершение сделки представителем может быть представлено представляемым непосредственно соответствующему третьему лицу.

Истица Брылева А.Н., оспаривая факт выдачи ею доверенности от 30 мая 2012 г. на имя Стоцкой Л.Ю., указывала на то, что она не подписывала доверенность, то есть фактически истица отрицала факт совершения ею односторонней сделки, связанной с выдачей доверенности на имя Стоцкой Л.Ю.

Исходя из приведенных норм закона и доводов истицы, суд в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, распределяя бремя доказывания по делу, должен был возложить на сторону ответчиков обязанность по представлению доказательств того, что воля Брылевой А.Н. на дарение квартиры в пользу Матюниной И.В. была выражена в надлежащей форме. В частности, доказательствами, подтверждающими данный факт, могла быть доверенность от имени истицы.

При этом суду следовало учитывать положения абзаца 2 части 2 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым подлинные документы представляются тогда, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов.

Поскольку Брылева А.Н. заявила о подложности доверенности, то ответчикам надлежало представить подлинную доверенность или подлинник иного документа, свидетельствующего о выражении истицей воли на дарение квартиры. Однако в материалах дела подлинная доверенность от 30 мая 2012 г. отсутствует.

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В силу части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства.

В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем указанная процессуальная обязанность судами не выполнена: в удовлетворении заявленного представителем истицы ходатайства о проведении по делу судебной почерковедческой экспертизы подписи, выполненной от имени Брылевой А.Н.

и имеющейся в представленной суду копии доверенности, было отказано по мотиву преждевременности такого ходатайства.

В чем выражалась преждевременность, суд не разъяснил, а также не рассмотрел вопрос о технической возможности проведения соответствующей экспертизы по копии документа.

Суд апелляционной инстанции указал, что удовлетворение ходатайства о назначении по делу почерковедческой экспертизы является правом, а не обязанностью суда. Однако такие выводы постановлены судом второй инстанции без учета положений статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Отказывая Брылевой Н.А. в удовлетворении исковых требований, суд также сослался на пропуск истицей годичного срока исковой давности, установленного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации для оспоримых сделок.

При этом суд со ссылкой на пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 г. N 100-ФЗ) пришел к выводу о том, что сделка, связанная с выдачей доверенности, является оспоримой.

Между тем судом не были учтены положения пункта 6 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 г.

N 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», которые устанавливают, что нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона ) об основаниях и о последствиях недействительности сделок ( статьи 166 — 176 , 178 — 181 ) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу настоящего Федерального закона .

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г.

N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения ГК РФ об основаниях и последствиях недействительности сделок в редакции Закона N 100-ФЗ применяются к сделкам, совершенным после дня вступления его в силу, то есть после 1 сентября 2013 г. ( пункт 6 статьи 3 Закона N 100-ФЗ).

Выдача доверенности состоялась 30 мая 2012 г., то есть сделка была совершена до вступления в силу Федерального закона от 7 мая 2013 г.

N 100- ФЗ, в силу чего к спорным правоотношениям подлежали применению нормы статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в прежней редакции, согласно которой сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. В частности, ничтожной являлась сделка по выдаче доверенности, если подпись от имени доверителя сфальсифицирована.

Срок исковой давности для оспаривания ничтожной сделки, установленный статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, составляет три года, а не один год, как указал суд второй инстанции.

Указанные требования закона и разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации не были учтены судом второй инстанций при разрешении вопроса о пропуске Брылевой А.Н. срока исковой давности.

Учитывая, что повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции ( пункт 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»), а также принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства ( статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации считает нужным направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 387 , 388 , 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 4 мая 2016 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Ссылка на основную публикацию